автор Aime ShaRP
             «Любовь всегда рядом
только не нужно от нее убегать»
 

Глава 13

     Наступила ночь, в это время суток всегда становится очень холодно, особенно с наступлением зимы. На небе ярко светила луна, освещая большую часть сада. В тени толстоствольного дерева сидел молодой человек, погруженный в свои мысли. Подувший ветер заставил вздрогнуть юношу от холода: "Интересно сколько я здесь уже нахожусь", подумал он. Послышался тихий шелест приближающихся шагов, и на его плечо легла чья-то легкая рука.
      - Роби, ты не замерз, - впервые так нежно назвала брата Кенди.- Пойдем в дом, мама хочет с нами поговорить.
     Роберт с нежностью посмотрел на сестру и поднялся со своего места. Он взял ее за руку и, придвинувшись к девушке поближе, поцеловал в щеку. От такой неожиданности Кенди вздрогнула. Не выпуская ее руки из своей, он почувствовал дрожь сестры, и только тогда заметил, что она стояла перед ним в одном платьице без накидки. Роберт снял с себя теплый плащ и накинул на плечи Кенди, закутывая ее в него, как ребенка.
     - Почему ты вышла не одетая? - строго спросил он ее.
      - Я не знаю, где мое пальто, - смущенно ответила ему Кенди, а затем продолжила. - Я не нашла дворецкого, чтобы спросить его об этом. Я ведь не знаю, где у вас находится вешалка для вещей.
      Роберт, видя смущение сестры, рассмеялся.
      - Прости, я не подумал об этом. Я так привык к тому, что знаю каждый уголок этого дома. Скоро и ты будешь его знать также хорошо, как и я, ведь это отныне и твой дом, сестренка.
      Кенди расплылась в улыбке от того, как ее назвал Роберт. Ей до сих пор не верилось в такое возможное счастье, найти свою семью, маму и брата. Раньше в доме Пони функцию мамы выполняли ее настоятельницы, а, сколько было у нее братьев, сперва Том, потом Джимми, но еще никто не называл ее так нежно "сестренка".
      Пронизывающий холодный ветер заставил молодых людей отправиться обратно в дом. Они шли к дому молча, за это время никто не произнес ни слова.
      Зайдя в дом, Роберт попросил прислугу принести в гостиную горячего чая для всех. Не смотря на такое позднее время, шел второй час ночи, в доме никто не спал. Весть о нашедшейся дочери хозяйки быстро распространилась по дому. Прислуга, надеясь узнать подробности при обслуживании хозяев, еще не ложилась спать.
     Возле камина на диванчике с поникшей головой сидела миссис Клентон, дожидаясь своих детей, чтобы поведать им страшную историю, изменившую ее жизнь и жизнь ее родных. Она перебирала в своей голове воспоминания давних лет и события минувшего вечера.
     После жестоких слов сына, женщина, уже готовая разрыдаться, вдруг ощутила мягкое прикосновение юной гостьи. Перед ней на коленях сидела золотоволосая девушка с двумя забавными хвостиками и большими зелеными глазами, полными нежности и сочувствия. Она никогда не забудет этот взгляд, когда-то полный любви и страсти, взгляд ее погибшего мужа. Сердце вздрогнуло и женщина увидела в глазах Кенди свое отраженье, той милой девочки, которой она была когда-то. Уже не сдерживая слез миссис Клентон прижала к груди свое потерявшееся дитя, шепча: "Доченька, доченька моя…" В ответ на ее слова и ласку Кенди тоже расплакалась.
     После того, как Роберт вышел в сад, оставив мать и сестру наедине, прошло немало времени. Миссис Клентон со своей дочерью так и остались сидеть в гостиной обнявшись и рыдая одновременно. Женщина сквозь слезы просила прощение у Кенди, а та в свою очередь утешала и успокаивала мать. Миссис Клентон поведала дочери о том, что никогда не бросала ее и не отдала бы ни за какие сокровища мира, кроме угрозы смерти ее чаду, что в общем-то и случилось 17 лет назад.
     Придя в себя, мать попросила Кенди сходить в сад за Робертом. Она решила рассказать своим детям правду и положить конец всем обидам и упрекам Но пока Кенди искала брата в саду, миссис Клентон решила прочесть письмо миссис Лори Аведон, женщины, вернувшей ей ее дитятко.
     Письмо, как уже известно, начиналось со следующих строк.
     "Милая девушка! Надеюсь, что адвокат Роберт Клентон нашел вас и что вы именно та девушка, которой предназначено это письмо. Прежде чем продолжите читать это письмо, я прошу вас найти вашу куклу Кенди и положить ее рядом с собой. Так как после прочтения моего письма вы захотите удостовериться в моих словах. Еще одно условие, рядом с вами должен находиться мистер Клентон. Если его рядом нет, тогда вы сами захотите его найти и показать это письмо. А впрочем, вам решать...
     Я много согрешила в этой жизни и скоро отвечу за свои грехи перед Богом. Но прежде всего мне хотелось бы исправить одну ошибку совершенную мной много лет назад.
     Однажды поздно вечером в мой дом попросилась переночевать женщина с ребенком. Она была в каком-то грязном и порванном платье, мне стало жаль бедняжку и я впустила ее в дом. Я очень любила детей, на тот момент у меня было четверо своих. Ночью, когда все легли спать, ее малышка громко плакала, она видимо была голодной, и я разбудила женщину, чтобы она накормила младенца. Но женщина мне призналась, что это не ее ребенок, что ей его отдала какая-то женщина, очевидно, мать ребенка, и она не знает, что с ним делать. Тогда я сама позаботилась о малышке, это была прекрасная девочка, а на шее у нее красовался кулон в форме сердца. Я сняла его с девочки, боясь, что ее маленькая шейка не выдержит такой тяжести, и положила рядом с ее куклой. На рассвете женщина собралась уходить, но видя мою привязанность к детям, она предложила мне оставить малышку у себя. Я согласилась, так как эта малышка очень пришлась мне по душе. Я всегда мечтала о дочке, но вместо этого Бог наградил меня одними сыновьями. Женщина ушла, оставив у меня малышку. Утром я решила еще раз рассмотреть кулон девочки и обнаружила на нем надпись "моей любимой Адели Клентон". На следующий день с дальней поездки вернулся мой муж, он сообщил радостную новость, ему удалось найти работу в Бостоне. Мы продали дом и переехали жить в Бостон всей семьей. Сперва муж радовался тому, что у нас теперь есть девочка, но вскоре для нас настали тяжелые времена. Заработанных денег мужа едва хватало на еду. Тогда муж приказал мне избавиться от чужого ребенка, за его словами, это был лишний рот. Чтобы на нашу семью не упало никакое подозренье мы отвезли малышку подальше от себя. Я оставила девочку в округе Чикаго в приюте Пони, возле второго малыша, который уже находился там. В корзину с моей малышкой я положила ее куклу с надписью Кенди, в которую спрятала кулон девочки. Мне было жаль расставаться с малышкой, я успела к ней сильно привязаться, но у меня не было другого выхода. Дождавшись момента, когда девочку обнаружили монахини из приюта, я отправилась домой.
      Я долгое время сожалела о том, что мне пришлось расстаться с крохой. Спустя год, наши дела начали улучшаться, муж получил хорошую должность. Благодаря его стараниям мы разбогатели и я перестала думать о ребенке, оставленном возле приюта.
     Но, сейчас, когда мои силы на исходе, я чувствую, что мне осталось недолго жить на этом свете. Я попросила пригласить мне наилучшего адвоката для составления завещания. Среди всех перечисленных имен адвокатов Бостона одно имя показалось мне знакомым, как будто я его уже слышала раньше. Я долгое время пыталась вспомнить где я могла его слышать, и перед моими глазами предстала картина давних лет: маленькая кроха, кулон и надпись на нем "любимой Адели Клентон". Наведя справки о мистере Клентоне я узнала, что его мать зовут Адельфина и живет она в Канаде, где когда-то мы жили с мужем. Сомнений не могло быть, кулон принадлежал матери мистера Клентона. Тогда я попросила именно адвоката Роберта Клентона составить и заверить мое завещание.
      Если вы та самая юная леди, вам должно быть уже 17 лет, и вы были оставлены с куклой Кенди возле приюта Пони, то я прошу вас достать кулон из вашей куклы и убедиться в моих словах. Не знаю почему, но я уверена, что ваш брат, мистер Клентон, не оставит вас, так как это сделала раннее ваша мать. Я не знаю причины по которой ваша мать отдала вас другой женщине в младенчестве. Но полагаю, что у нее на это были веские причины, отдать такое крохотное и милое дитя.
      Я прошу у вас прощенье за то, что не смогла позаботиться о вас и отдала на воспитание в приют. Но молю вас об одном, расскажите все мистеру Клентону о кулоне и тогда быть может вы найдете своих родных и принесете счастье в их дом.
      Миссис Лори Аведон."

      Прочитав это письмо, миссис Адельфина Клентон совсем сникла. Погруженная в свои мысли, она сидела у камина, дожидаясь возвращения своих детей.
      Первым в гостиную зашел Роберт, а следом за ним и его сестра, Кенди. Роберт подошел к матери и положил свою руку ей на плечо. Женщина посмотрела в глаза сына.
      - Роби, прости меня, - еле слышно прошептала она.
      - Мама, не надо, это ты прости меня, - начал извиняться Роберт.
      Ему было очень жаль свою мать. На протяжении многих лет он хотел узнать причину ее печали и скорби, которую она всегда прятала под своей улыбкой. Но он знал, что под этой маской мать прячет свою боль, и не хочет тревожить сына своими внутренними переживаниями. Еще с детства ему было строго запрещено упоминать не только имя отца, но и сам факт его существования. Ему до сих пор оставалось это непонятным. Ведь раньше он не мог даже предположить, что напоминая об отце, он напоминает матери об двойной утрате.
      Миссис Клентон посмотрела на рядом стоящего Роберта и Кенди.
      - Дети мои… - только и успела произнести женщина, вставая с диванчика. В ее голове вдруг все закружилось, потемнело в глазах, и она лишилась чувств. Она уже не видела, как сын успел подхватить ее, и как дочь с криком бросилась к ней.
      Роберт поудобней уложил мать на диване, а Кенди тем временем щупала ее пульс. Убедившись, что это всего лишь обморок, брат с сестрой облегченно вздохнули. Кенди правильно уложила свою маму, в необходимое положение при таких случаях. Однако, видя, что она не приходит в себя, Кенди занервничала и попросила Роберта вызвать врача.
      Спустя полчаса появился доктор. Он осмотрел миссис Клентон.
      - С ней все в порядке, - наконец, сообщил врач.
      - Но… почему она не приходит в себя, - обеспокоено спросила Кенди у врача, - я ведь правильно уложила ее, она должна была уже прийти в себя.
      - Не волнуйтесь, девушка. Вы действительно все правильно сделали, вы медсестра, да? - спросил врач у нее.
      Кенди кивнула в знак согласия головой.
      - Скорее всего вы просто не сталкивались с таким случаем, как этот. Миссис Клентон просто спит.
      - Спит? - удивленно переспросила Кенди.
      - Вот именно, я так и сказал, она просто спит. Это бывает когда…
      - Когда смешиваются эмоции с усталостью, - продолжил за доктора Роберт.
      - Да, верно. Откуда вы это знаете? - удивился тот.
      - Просто, когда ко мне приехала в гости Кенди, - сказал юноша, указывая на присутствующую девушку, - с ней произошел точно такой случай. Теперь у меня не возникает никаких сомнений в том, что ты моя сестра, Кенди.
      Врач удивленно посмотрел на девушку, но ничего не сказал. Роберт с врачом отнесли миссис Клентон в ее комнату, и уложили в постель. Кенди осталась со своей мамой, а Роберт пошел проводить к выходу врача, по пути рассказывая о нашедшейся сестре. Проведя врача, Роберт вернулся в комнату матери, где возле ее постели сидела Кенди.
      - Кенди, может ты пойдешь спать, уже поздно, - спросил ее брат.
      - Я не могу оставить маму одну. Лучше я останусь с ней. Можно?
      - Конечно, можно, - ответил ей Роберт. - Я схожу за соком, хочешь? - спросил юноша у сестры.
      - Да, это было бы неплохо.
      - Кстати, ты не забыла о своем еноте? - перед выходом из комнаты, Роберт шутливо напомнил Кенди о Клине.
      - Ой, я совсем забыла о нем.
      - Да, не волнуйся, я загляну в твою комнату и посмотрю как он там. Я скоро вернусь, - сказал Роберт и вышел.
      Кенди осталась сидеть на стуле рядом с постелью матери, держа ее за руку. Но она не долго так просидела, так как глаза девушки стали закрываться сами собой, и она заснула, опустив свою голову на руки.
      Через десять минут зашел Роберт, держа в руке стакан сока. Но увидев спящую Кенди, со словами "я так и думал" подхватил сестру на руки и отнес спать в ее комнату, осторожно уложив на постель возле Клина. Сам же вернулся к постели матери, заменив место сестры возле ее ложа.

Глава 14

     Наступило утро. В комнату сквозь занавески пробивались лучи солнечного света. Но даже они не могли помешать сладкому сну девушки, так безмятежно спавшей на постели. Ее милое личико выражало полное спокойствие, а ровное дыханье говорило о глубине ее сна.
      В комнате царила полная тишина, изредка нарушаемая звуками, доносящимися со двора. Возле кровати, на которой спала девушка, находилось кресло, поставленное в специальное положение, с которого можно было видеть спящего человека и при этом не мешать ему своим присутствием. Именно в этом кресле и расположилась женщина, наблюдавшая за спящей девушкой, ею была не кто иная, как миссис Клентон.
      Уже с самого раннего утра женщина была на ногах. После продолжительного сна, вызванного ночными переживаниями и усталостью, отдохнувшая женщина прекрасно себя чувствовала. Она нежно разбудила сына, заснувшего на стуле рядом с ее кроватью. Увидев проснувшуюся мать, он поинтересовался ее самочувствием. Но это было излишне, так как здоровый румянец, появившийся на ее щеках, говорил сам за себя. Более того, сын никогда раньше не видел свою мать в таком бодром и радостном состоянии, в котором прибывала женщина на тот момент. Ей удалось выяснить у сына подробности вчерашней ночи, после чего они вместе направились в комнату, в которой спала Кенди.
      Звук открывающейся двери разбудил Клина, спавшего рядом с девушкой, и заставил оглянуться на виновников этого шума. Осторожно прикрыв за собою дверь, мать и сын подошли поближе к кровати, на которой спала Кенди. Клин, окончательно проснувшись, уселся на кровати и с любопытством наблюдал за вошедшими людьми, не зная, как ему с ними вести. Пока люди восторженно смотрели на спящую Кенди, он тем временем тихонько подкрался к своей хозяйке и начал тереться об ее щеку.
      - Ну, хватит, - не просыпаясь, пробормотала девушка и отстранила зверька. - Не надо, Клин, мне щекотно. Дай мне еще немножко поспать.
      И Кенди перевернулась на другой бок, разметав свои кудряшки по всей подушке. После этих ее слов, мать и брат решили не будить Кенди, а дать ей, как следует выспаться. Миссис Клентон осталась в комнате дочери, а Роберт вышел, захватив с собой енота сестры.
      Проспав еще несколько часов Кенди, наконец, раскрыла свои глаза. Первым, что она увидела, было склонившееся над ней лицо матери. Глаза этой женщины, по цвету напоминающие глубокие воды озера Мичиган, светились счастьем. Взгляд матери, наполненный нежностью и любовью, заставил почувствовать Кенди невероятно счастливой. Впервые в жизни она ощутила потребность в ласке и любви матери, которой у нее не было раньше.
      - Доброе утро, доченька! - ласково поприветствовала женщина Кенди и поцеловала ее в щеку.
      - Доброе утро, мама! - ответила улыбаясь Кенди.
      - Как тебе спалось? - поинтересовалась мать у дочери.
      - Замечательно. А как вы себя чувствуете? - поинтересовалась она у нее, вставая с кровати.
      - О, сегодня я чувствую себя прекрасно! Утром приходил врач, он померил мое давление, оно оказалось в норме. Так, что тебе с Робертом не нужно больше волноваться за мое здоровье, - успокоила свою дочь миссис Клентон.
      - Это хорошо. А Роберт, он уже проснулся? - спросила Кенди у матери.
      - Да, давно уже. Мы не стали будить тебя, ты так сладко спала.
      - Ой, а где Клин? Клин! Клин! - позвала Кенди своего друга-зверька.
      - Ты имеешь в виду того енота, который спал с тобой. Его забрал Роби, чтобы он не мешал тебе спать. Знаешь, кажется они подружились.
      Кенди была этим удивлена, ведь раньше Клин даже на руки к ее брату не шел, а тут они уже подружились. Но это было вовсе и не удивительно, так как за время их долгого путешествия в Канаду, зверек успел проникнуться симпатией к брату своей хозяйки.
      - Кенди, давай я помогу тебе, - предложила свою помощь мать, видя как ее дочь перебирает чемодан в поисках подходящего платья.
      Она помогла Кенди разобрать ее чемодан и выбрать платье. Как успела заметить женщина, перебирая вещи дочери, все ее наряды сочетали в себе скромность и простоту. Не смотря на то, что Кенди принадлежала к богатому семейству Эндри, она все равно всегда оставалась собой и не любила излишеств, это отражалось и в выборе ее одежды.
      Пока Кенди переодевалась, миссис Клентон размышляла про себя над сложностью ситуации, в которой она оказалась. Она понимала, что должна как можно скорее рассказать всю правду детям, но это ее больше всего и беспокоило. Она не сомневалась в том, что такое милое и очаровательное созданье, как Кенди, сможет простить ей грехи молодости. Она больше переживала за сына, сможет ли он простить ее, узнав правду, скрываемую от него на протяжении 21 года.
      Кенди почти привела себя в порядок, ей оставалось только уложить волосы в свою привычную прическу. В этом ей помогла мама, подвязав бантами хвостики по обе стороны головы. Полностью готовые в выходу, мать и дочь отправились в гостиную.
      В гостиной ничего не изменилось с последнего посещения Кенди. Все так же потрескивал огонь в камине, в комнате было очень тепло и уютно. Миссис Клентон отправилась давать указания прислуге на счет приготовления обеда. А Кенди в это время расположилась на диванчике, слушая потрескивания бревен в камине.
      Спустя короткое время раздался писк и послышались чьи-то приближающиеся шаги. Клин первым вбежал в гостиную радостно пища и прыгая на руки к своей хозяйке. Следом за Клином появился Роберт.
      - Доброе утро, сестренка, - поздоровался Роберт с Кенди и поцеловал ее в щеку, как это было принято в их семье.
      - Доброе утро, Роберт, - поприветствовала брата Кенди.
      Роберт уселся на другой край диванчика, на котором уже находилась его сестра. Он был в хорошем настроении, на его губах светилась улыбка, а в глазах поблескивали игривые искорки.
      - Как тебе спалось, - поинтересовался он у сестры.
      - Хорошо. Только насколько я помню, вчера я хотела остаться рядом с мамой, а проснулась почему-то в своей комнате. Это ты меня отнес в комнату, - немного с укором спросила она у него.
      - Угу. Не мог же я позволить моей сестренке спать на стуле. Поверь, это очень неудобно, у меня от такого положения шея за ночь затекла.
      И Роберт при этом так скорчил свою физиономию, что Кенди невольно рассмеялась.
      - А ты выглядишь красивее, когда улыбаешься, - заметил Роберт, - тебе это говорили?
      - Да, говорили, - и улыбка Кенди куда-то вдруг исчезла.
      - Что такое, ты расстроилась, прости, я не хотел тебя огорчить, - грусть Кенди была ему непонятна, но чтобы исправить свою оплошность, он решил подзадорить сестру. - А когда ты хмуришься на твоем носу появляются веснушки.
      - Что-о-о???
      - Ну, вот, не успел я обзавестись сестрой, как она уже сердится на меня, - заключил Роберт.
      - И вовсе я не сержусь. Просто я вспомнила одного человека.
      - Уж, не своего любовника, - шутливо сказал Роберт.
      - Кого? - и поняв намек брата, Кенди покраснела. - Да, ты что! Что ты такое говоришь! У меня… у меня даже парня нет.
      Кенди уже собралась было доказывать брату его неправоту, как вдруг заметила, что он улыбается во весь рот. И тут до нее дошло, что он просто пошутил.
      - Ты, что, пошутил, - спросила брата Кенди.
      - Ага! А ты что подумала, что я серьезно? - со смехом произнес Роберт.
      - Ну, вообще-то, да, - призналась Кенди.
      - Ага, значит я был прав, все-таки что-то было, - и не успел он закончить фразу, как в него полетела подушка, лежащая рядом с Кенди.
      Но ответ долго не заставил себя ждать, так как в сторону Кенди полетела другая подушка. Девушка успела увернуться от нее и удар пришелся на рядом сидящего Клина, после чего тот спрыгнул на пол и забежал за диван. Но это не остановило молодых людей, юношу и девушку, и дальше перебрасываться подушками. Они уже не сидели на диванчике, как прежде, а носились по комнате, как дети, то и дело кидая друг в друга подушками. Радостный смех и крик заполнили гостиную.
      Миссис Клентон, как раз шедшая в это время в направлении гостиной, услышала странный шум, исходящий из комнаты. Но когда она зашла в нее, то поняла, что этот шум исходил от ее резвящихся детей.
      - Я смотрю, вы уже поладили между собой, - произнесла вошедшая женщина.
      На звук ее голоса обернулся Роберт, но как раз в этот момент запущенная Кенди подушка попала в цель. От неожиданного удара он покачнулся, зацепился ногой за близстоящий столик, и с грохотом упал на пол. Испуганная Кенди бросилась к брату.
      - Роберт, с тобой все в порядке, ты не ушибся?
      Но в ответ раздался слабый смешок. После чего Роберт поддел рукой ногу рядом стоящей сестры и та свалилась на пол рядом с ним.
      - Роби, Кенди, с вами все в порядке, - испуганно спросила их мать, не видя детей из-за стоящего перед ней дивана.
      В ответ послышался звонкий смех девушки и юноши. Мать заглянула за диван и обнаружила смеющихся на полу детей.
      - Роберт, и тебе не стыдно так себя вести? - укоризненно спросила мать сына.
      - Мама, но это ж не я первый начал, - возмутился Роберт. - Это все она, - и юноша показал пальцем на Кенди.
      - Что-о-о? Это я то первая начала, это ты первым начал меня дразнить, - ответила Кенди брату и при этом надула свои губки.
      - Роби, сынок, должна тебе заметить, что Кенди у нас находится всего второй день, а ты уже обижаешь ее.
      - Да, с чего ты взяла, мама. Я просто пошутил над ней, вот и все. Тем более, ты же знаешь, я всегда мечтал о сестре. Только не думал, что она будет такая драчунья, - ответил сын матери и скорчил сестре гримаску. На что, рядом сидящая Кенди быстро среагировала и ущипнула его за руку.
      - Ну, раз вы уже все выяснили и успокоились, то может мы пойдем обедать, - предложила детям их мать.
      - Конечно, - в один голос ответили они.
      Роберт помог подняться с пола своей сестре, а затем, взяв по обе руки двух женщин, отправился с ними в столовую.
      В столовой уже был накрыт стол. Во главе стола, как всегда, расположилась миссис Клентон, а Роберт с Кенди по обе ее стороны. Обед прошел очень быстро, без лишней болтовни. Миссис Клентон едва прикоснулась к еде, в то время, как ее дети жадно проглатывали подносимые прислугой кушанья. После трапезы все отправились обратно в гостиную.
      Когда все расположились на диванчике, миссис Клентон обратилась к детям.
      - Теперь, когда мы все собрались здесь вместе, я могу рассказать вам правду. Вы…вы готовы ее услышать?
      - Мама, может не надо, - предложил Роберт. - Пусть будет все как есть, к чему ворошить прошлое.
      - Надо, сынок, и ты скоро поймешь почему.
      - Почему? - спросил он.
      - Потому…потому что мы с твоим дедом очень долго скрывали от тебя правду. Мы скрывали от тебя твое происхождение.
      - Что ты хочешь этим сказать? - с опаской спросил Роберт, так как ему начал не нравиться этот разговор.
      - Я имею в виду происхождение нашей семьи. Но, если ты готов меня выслушать, так же как и Кенди, то я начну свой рассказ.
      Роберт с Кенди кивнули в знак согласия головой, после чего женщина начала говорить.
      - Это давняя история. Но сперва я расскажу о нашей семье, о которой Кенди ничего не знает. Это будет полезно услышать не только ей, но и тебе Роби, - обратилась женщина к сыну.
      - Наша семья, как и большая часть населения Канады, относится к переселенцам. Наши предки появились в этой стране в середине XVIII века, - начала рассказывать женщина детям, углубляясь в историю давних времен. - Имение, в котором мы сейчас с вами живем, принадлежало одному из них. Наш давний предок имел титул барона, а так как этот титул передавался из поколения в поколение, то он дошел и до моего отца.
      - Мама, но ты никогда мне об этом не рассказывала, - обратился к матери Роберт.
      - Да, сынок, не говорила. Но это только верхушка айсберга, поверь. Впереди ты еще много чего такого услышишь. Мы с твоим дедом очень долго скрывали от тебя правду. Сперва это было ради меня, так как мой отец знал какую боль причиняют мне воспоминанья, но потом, когда ты подрос, эта правда не имела больше значенья, до сегодняшнего дня. С приходом Кенди все изменилось и я чувствую, что должна вам все рассказать.
      На минуту женщина замолчала, собираясь с мыслями. Роберт задумчиво смотрел на пылающий костер в камине, в то время, как Кенди взирала на свою мать.
      - Я очень любила вашего отца, - продолжила говорить миссис Клентон. - Я влюбилась в него с первой минуты нашего знакомства. Это была любовь с первого взгляда, что и говорить. Мы встретились с ним на зимнем карнавале в Квебеке.
      Роберт вопросительно посмотрел на мать. Но женщина, предвидя его вопрос, пояснила дальше.
      - В годы моей юности я жила в Квебеке вместе с родителями и сестрой. У нас был большой красивый особняк, который и до сих пор принадлежит нам. О том, почему мы бросили тот дом и переехали жить в эту провинцию, я поясню вам чуточку позже.
      - Итак, я жила вместе с родителями и сестрой. И так как Кенди ничего неизвестно о нашей семье, то я ей расскажу немного об Эвелине, - и далее пояснила дочери, - так звали мою старшую сестру. Дома мы все ее звали просто Эля. Она была старше меня на два года. Эля вся пошла в отца, и цветом волос и характером. Я же напротив, вся в мать. Мы были с ней так непохожи, но так дружны, что постороннему человеку трудно было определить нашу привязанность друг к другу.
      И вот однажды зимним днем мы всей семьей отправились на карнавал. Этот праздник был посвящен прибытию первых поселенцев в Канаду. Люди, переодетые в костюмы старой Франции, образовывали шествующую колонну, символизируя таким образом прибытие французских семей на канадскую территорию. Мы с нашей семьей тоже брали участие в этом шествовании, так как наши предки были родом из Франции. Проходя мимо людей, стоявших вдоль дороги, я заметила вашего отца. Он был строен и необычайно красив, его темноволосые волосы вихрями спадали ему на плечи. Но больше всего меня заворожили его изумрудно-зеленые глаза, смотревшие на меня с нескрываемым интересом. После этого маленького представления началось народное гулянье, в котором брали участие не только семьи этого франко-канадского города, но и его гости. Эдвард, так звали вашего отца, был одним из них. В тот день он впервые пригласил меня на танец. Он ни на минуту не отпускал меня от себя и так мы протанцевали с ним весь вечер.
      На следующий день Эдвард, с разрешения моих родителей, пригласил меня на прогулку. Мы прекрасно провели с ним время. Однако под конец нашей прогулки он сообщил мне, что надолго уезжает в Англию, но добавил, что обязательно вернется. В тот вечер он подарил мне первый поцелуй. Я была невероятно счастливой, какой бывает только влюбленная девушка.
      Однако, на этом карнавале не только я нашла свою любовь, но и Эля. Она познакомилась с красивым молодым человеком из нашего города, за которого спустя полгода вышла замуж. Эля была очень взбалмошной девушкой, без предрассудков, поэтому когда наша семья узнала о ее беременности, никто не удивился. Спустя еще несколько месяцев у Эли родился сын, которого назвали Ричардом.
      - Ричард, - удивленно произнесла Кенди.
      - Да, Кенди, его так зовут, - ответила мать.
      - Мама, мы тебе не говорили, - присоединился Роберт. - Кенди познакомилась с Ричардом в поезде, когда ехала ко мне в Бостон. И он знает о том, что Кенди моя сестра, мы вместе с ним читали письмо миссис Аведон.
      - Да? Вы мне об этом не говорили, - заметила сыну женщина.
      - Ну, знаешь, по-моему, нам было совсем не до этого в эти дни, - ответил сын матери.
      - Да, ты прав, Роби, - согласилась она с ним
      - Мама, а когда же ты вышла замуж за отца, если он надолго уехал, - спросил Роберт у матери, желая услышать продолжение этой истории.
      - Что ж я продолжу, - заявила миссис Клентон и продолжила рассказывать детям правду. - Вашего отца не было в Канаде пять долгих лет. Все это время я получала от него письма и ждала его. В день нашего знакомства мне было чуть больше 16 лет, ему же 21 год.
      Спустя два года, в день совершеннолетия я получила подарок от вашего отца. Он прислал мне красивый кулон в форме сердца, а во внутрь вставил свою фотографию с подписью "моей любимой Адели Клентон". Чуть позже на свободном месте в кулоне появилась и моя фотография. Это тот самый кулон, который… который я повесила на маленькую шейку своей дочери, - со слезами на глазах промолвила миссис Клентон.
      - Мама… - обратилась к ней Кенди.
      - Все в порядке, Кенди, - ответила ей женщина, вытирая слезы. - Когда…когда ваш отец прибыл в Канаду, он сразу же попросил моей руки. Мне не пришлось долго думать, чтобы дать свое согласие. За время его отсутствия моей руки домогались многие, но все получали отказ, так как я любила только вашего отца и хранила себя для него.
      После нашего бракосочетания мы переехали с ним жить в Монреаль. Ваш отец имел титул графа и владел огромным состоянием. Он без труда приобрел великолепную усадьбу, в которой спустя год родился ты, Роберт, - при этом мать посмотрела на сына.
      - Тогда я ничего не пойму, - заявил он. - Если наша семья имела дворянское происхождение, почему вы это скрывали от меня? И что случилось с тем огромным состоянием отца?
      - С состоянием отца ничего не случилось. После его смерти оно по праву должно было перейти к его детям.
      - Детям? - удивленно переспросил Роберт.
      - Да, к тебе и Кенди. Но…в день гибели твоего отца я потеряла и свою дочь, тебя Кенди, - обратилась женщина к дочери, а затем к сыну. - Роби, когда случилось это несчастье, я долго не могла прийти в себя. Мой отец, то есть твой дед, чтобы избавить меня от тягостных воспоминаний, запретил всем упоминать о том ужасном дне. В результате чего все, кроме меня, забыли об Эдварде и моей потерявшейся дочери. С того времени меня вновь стали называть моей девичьей фамилией Клентон. А лучший друг вашего отца, мистер Томас помог деду добыть разрешение на пользование двойной фамилией. Мы могли одинаково пользоваться, как моей девичьей фамилией, так и фамилией вашего отца, графа Эдварда Лорагюэ д`Арвиль. Поэтому у тебя сейчас фамилия Клентон, Роберт. Твой дед перед смертью просил меня рассказать тебе правду только в день твоего совершеннолетия. Но когда пришел этот день, ты не смог приехать ко мне сюда, у тебя были дела в Бостоне, и я отложила этот разговор до твоего возвращения. А дальше ты и сам знаешь, ты приехал ко мне с Кенди. Ты нашел свою сестру, мою доченьку, которую на протяжении многих лет я так безуспешно разыскивала.
      После минутного молчания Роберт обратился к матери.
      - Так может ты все-таки расскажешь, что же произошло тогда. Как…как погиб мой отец?
      - Да, сынок, расскажу, - ответила женщина. - Это случилось почти сразу после рождения Кенди. Когда она родилась, тебе, Роби, было всего три с половиной года. Мои родители очень любили брать тебя к себе в гости. Именно в тот злосчастный день ты был у моих родителей в Квебеке. И я благодарю Бога за то, что ты был в тот день с ними.
      До замужества, как я вам уже говорила, мне не раз предлагали руку и сердце многие мужчины. Но я всем отказывала из-за любви к вашему отцу. И вот одному из отверженных мною поклонников удалось стать другом нашей семьи, так как он когда-то спас жизнь вашему отцу.
      После родов я была еще очень слаба, меня знобила лихорадка, поэтому я практически не вставала с постели. Но в ту ночь я слышала, как этот названный друг нашей семьи потребовал от моего мужа расплаты, он требовал меня. Эдвард, естественно, ни за что бы на это не согласился. Он слишком любил меня и вас, его детей. Я периодически впадала в беспамятство, поэтому не помню всех событий того вечера. Когда я пришла в себя, я была уже на руках у Эдварда, он нес меня во внутренний двор. Из-за его плеча я видела, как вздымаются клубки дыма над крышей нашего дома. Что случилось с тем человеком и почему загорелся дом мне осталось это неведомо. Эдвард посадил меня в карету вместе с горничной и моей малышкой. Старому и верному слуге он приказал ехать в Квебек к моим родителям. Сам же Эдвард, как утверждали очевидцы, бросился в горящий дом спасать девочку одного из наших служащих. Он успел передать ее на руки кому-то из прислуги, но самому спастись не удалось. Обрушилась балка и закрыла путь к выходу. Он так и не выбрался оттуда. А я тем временем ехала в карете и ничего не знала о произошедшем.
      Человек, которому мой муж поручил вести карету, не слишком хорошо знал окрестную местность. Поэтому на одном крутом повороте нашу карету занесло и она перевернулась. Неизвестно каким чудом, но я с малышкой осталась жива. Тогда я была еще очень слаба, так что едва смогла выбраться из кареты. Когда я смогла разглядеть в сумерках местность, она оказалась безлюдной. Справа от дороги находился лес, а в левой части где-то вдалеке виднелся купол церкви. Я позвала на помощь, но безрезультатно, лишь эхо откликнулось в ответ. Тогда я в ужасе и отчаянии упала на снег, прижимая к своей груди малышку и пытаясь согреть ее своим теплом. И когда я уже думала, что обречена на смерть в том безлюдном месте со своей девочкой, вдруг откуда-то появилась женщина. Она была невысокого роста, черноволосая, поверх изношенного платья на ней был надет теплый кожух. В тот момент она была похожа на старую ведьму, пришедшую за моим ребенком. Но мне больше не от кого было ждать помощи, поэтому я отбросила все суеверия. И чтобы спасти свою девочку я отдала ее той женщине, перед этим повесив свой кулон на ее маленькую шейку. Что было потом я не помню. Я очнулась на постели в какой-то незнакомой комнате. Я хотела приподняться, но резкая боль в голове не позволила мне это сделать и я вновь потеряла сознанье. Когда я уже окончательно пришла в себя я увидела перед собой женщину-монахиню. Она поинтересовалась моим самочувствием, но я не смогла ей ответить, из моего горла выходили только какие-то гортанные звуки. Позже мне рассказали, что меня обнаружили монахини недалеко от разбившейся кареты. Я была единственная кто еще подавал признаки жизни. Меня отвезли в монастырь и лечили долгое время там. Когда я уже смогла подниматься и говорить, первым что я спросила, было "где моя дочь"? Но монахини не знали о чем я спрашиваю, ведь когда меня обнаружили, моей девочки уже не было рядом.
      Незадолго после того, как я смогла говорить, в монастырь прибыл мой отец. Со слезами на глазах я кинулась в его объятия. Сквозь слезы я ему рассказала о том, как отдала своего ребенка незнакомой женщине. Он утешал меня как мог. Но когда я успокоилась, то спросила его об Эдварде.
Перед глазами женщины вновь возникли события того дня, когда она узнала о гибели своего мужа.

     - Отец, а Эдвард, почему он не с тобой, - спрашивала мистера Клентона его голубоглазая дочь.
      Мистер Клентон потупил взгляд. Он не знал, как сказать дочери о том, что ее муж погиб. Он боялся, что это известие доконает ее, он тянул время.
      - Доченька, мужайся, тебе надо быть сильной, - подготавливал он ее к неприятнейшему известию.
      - Что? Что случилось? Эдвард, где он? - не унималась молодая графиня.
      Отец ласково прижал головку своей дочери к груди.
      - Твой муж… его больше нет… он погиб…
      Словно пораженная током девушка отпрянула от отца. В тот момент, со своими рассыпанными златокудрыми волосами она была похожа на мятежного ангела.
      - Нет…нет…этого не может быть… я в это не верю…это неправда, - тихий голос девушки перешел на крик отчаяния.
      - Это правда, доченька. Он сгорел при пожаре вашего дома, он…он не сумел оттуда выбраться.
      Некоторое время девушка стояла неподвижно, на ее глазах застыли слезы. Перед ней обрушился целый мир. "Моя дочь, Эдвард, мой любимый муж, его больше нет… ", - носились тяжелые мысли в ее голове. И стоя так посреди комнаты девушка, увлекаемая этими мрачными мыслями, не заметила, как потеряла сознанье.
      Когда она пришла в себя возле ее ложа сидел седоволосый старик, ее отец.
      - Адель, доченька, будь сильной. Тебе, - голос мистера Клентона срывался, - надо быть сильной, слышишь?
      - Зачем? - все что смогла вымолвить его дочь.
      - Тебе нужно жить, слышишь. Ради…ради твоего сына.
      - Сына? - очнувшись произнесла она.
      - Да, сына. Ты помнишь, у тебя есть сын Роберт. И он ждет тебя у нас дома, он нуждается в тебе.

     Очнувшись от тяжелых воспоминаний миссис Клентон посмотрела на сына и неожиданно заговорила.
      - После страшного известия о смерти моего мужа, вашего отца, я не хотела жить, мне было все равно. Но ваш дед вернул меня в действительность, он напомнил мне о моем материнском долге перед сыном, перед тобой, Роберт. И видя твою детскую непринужденность мое сердце ожило, оно по-прежнему оставалось способным любить. Но мне было очень тяжело, так как ты всегда напоминал мне своего отца. По мере того, как ты рос и взрослел, Роби, ты все больше становился похожим на него. То же телосложение, те же черты лица, тот же цвет глаз. При рождении вы оба, и ты Роби, и ты Кенди, унаследовали отцовский цвет глаз.
      Сможете ли ты вы когда-нибудь простить меня, дети мои? - спросила у них миссис Клентон. - Кенди, доченька моя, поверь, я всегда любила тебя и никогда не переставала искать тебя. Я нанимала лучших сыщиков, но все было безрезультатно, они так и не смогли найти ту женщину, которой я отдала свою малышку, - голос женщины оборвался, стало слышно лишь ее всхлипывание.
      - Мама, не надо, не плач, - утешала свою мать Кенди. - Ты…ты не виновата. Ты сделала все что могла, ты спасла мне жизнь. И я не виню тебя за то, что ты отдала меня той женщине. Ты знаешь, я выросла в приюте Пони, и я не жалею о том, что попала туда, там живут такие замечательные люди. Я обязательно познакомлю тебя с ними, с сестрой Марией и мисс Пони, с Томом, Джоном, Джимми.
      Женщина подняла свои заплаканные глаза и посмотрела на дочь.
      - Спасибо, тебе, Кенди. Ты такая добрая.
      - Ну, что ты, мама, я просто такая какая есть, - ответила ей девушка и обняла за плечи свою мать.
      А в это время, пока Кенди и миссис Клентон обнимались, Роберт встал с дивана и подошел к окну. Теперь, когда все стало на свои места, ему многое стало понятным, кроме одного терзающего его сомненья.
      - Роби, сынок, - подойдя к юноше, обратилась миссис Клентон. - Сможешь ли ты когда-нибудь меня простить?
      - Мама, мне не за что тебя прощать, - ответил ей сын. - Ты ничего дурного мне не сделала. А то, что вы с дедом скрывали от меня правду, так это было только на пользу. Ведь благодаря этому, я вырос не каким-нибудь избалованным богатеньким щеголем, а нормальным человеком.
      - Сынок, - прошептала миссис Клентон, прижимаясь к плечу своего сына.
      Она никак не ожидала, что сын не только сможет ее простить, но и найдет положительные стороны во всем этом.
      - Кенди иди сюда, - вдруг обратился Роберт к сестре, сидевшей все это время на диване.
      Кенди медленно подошла к брату и матери.
      - Смотрите, - сказал им Роберт, указывая рукой на сыплющийся с неба снег.
      - Снег! - воскликнули в один голос женщина с девушкой.
      - Вы что, так любите снег, - со смехом произнес Роберт.
      - Да, нет, - ответила улыбаясь Кенди, - просто это первый снег. Меня ведь возле приюта нашли именно зимой. Мама, а когда…когда я родилась, - вдруг спросила она у стоявшей рядом женщины.
      - Ты родилась зимой. Скоро, очень скоро будет твое день рожденье.
      - Правда?
      - Правда, - подтвердила дочке свои слова миссис Клентон.
      Кенди расплылась в улыбке. "Скоро мой день рожденья! Ура! Наконец, у меня будет свой день рожденья", - думала она про себя. Но ее мысли прервал вошедший дворецкий, который сообщал о готовности ужина. Миссис Клентон предложила детям отправиться в столовую. Но Роберт, которому не давал спокойствия один вопрос, наконец, задал его матери.
      - Мама, а где похоронен наш отец?
      Женщина вздрогнула от неожиданного вопроса сына.
      - Роби, зачем тебе это сейчас, - поинтересовалась она у него.
      - Я хочу знать, где он похоронен, - настаивал тот.
      - Нигде, - ответила ему мать.
      - Как! - в один голос воскликнули Роберт с Кенди.
      - Как я ранее вам уже говорила, то ваш отец не сумел выбраться из горящего дома, он сгорел.
      - Но мама, а останки. Ведь должны были остаться кости и… - но свою фразу Роберт не закончил, так как его перебила мать.
      - Хватит, слышишь, хватит. Наши люди искали в сгоревшем доме то, что могло бы от него остаться, но ничего, кроме пепла не нашли.
      - Значит, - предположил Роберт.
      - Это ничего не значит, - возразила ему мать. - Ничего, слышишь, и хватит об этом.
      - Но он мог остаться живым, разве ты не понимаешь, - ответил ей сын.
      - Это невозможно, - ответила миссис Клентон и направилась в столовую. - Роби, Кенди, если вы хотите есть, то пойдемте в столовую, а то ужин остывает.
      И все направились в столовую. Но мысль, терзавшая ранее Роберта, сменилась теперь другой "Если отец жив, то я найду его, чего бы мне это не стоило".

Назад      На главную      Дальше

Хостинг от uCoz